Sport blogВеселая песенка про допинг в спортивных соревнованиях началась очень давно. Один из первых случаев в этой области, зарегистрированный в анналах Олимпийского движения, имел место на Олимпийских играх в 1904 году.
Это были третьи Олимпийские игры. После Афин и Парижа Международный Олимпийский комитет принял решение провести игры на другом континенте — в Америке. Кандидатами на проведение спортивного праздника были два самых крупных города США — Нью-Йорк и Чикаго. В «запасе» находились еще два города — Буффало и Сент-Луис.
Как ни странно, повезло последнему. Почему? Потому что в том же 1904 году в Сент-Луисе должна была пройти Всемирная выставка. Выставку эту приурочили к 100-летию покупки Луизианы, огромной территории, включающей бассейн реки Миссисипи. В 1803 году американцы купили Луизиану у Франции и, благодаря этой покупке, увеличили площадь своей страны едва ли не вдвое.
Сейчас Олимпийские игры — выдающееся событие, привлекающее к себе миллионы (если не миллиарды) зрителей, но в 1904 году Всемирная выставка была событием гораздо более крупным. Поэтому Пьер де Кубертэн решил перевести игры третьей Олимпиады в Сент-Луисе, чтобы, так сказать, «поймать тренд», или же «вскочить на подножку трамвая», каковым трамваем должна была быть Всемирная выставка.
Предполагалось, что посетители выставки с удовольствием посетят экзотические соревнования джентльменов, выясняющих между собой, кто из них «champion». Это английское слово, восходящее к латинскому слову «campio» («боец»), еще не стало международным. Кроме того, в программе тех Олимпийских игр была уж совершеннейшая экзотика — «Антропологические дни». На глазах у просвещенной белой публики соревновались в беге, прыжках, стрельбе из лука и метании копья представители других рас: эскимосы, филиппинцы, индейцы и африканские пигмеи. Расизм тогда еще не был ругательным словом и чаще всего сопутствовал пристальному интересу к жизни представителей слаборазвитых народов. Как там у черных?
Олимпиада в Рио-де-Жанейро ознаменовалась допинговыми скандалами
Белые же господа соревновались в академической гребле, борьбе и боксе, плавании, теннисе, в тяжелой атлетике и в атлетике легкой.
Одним из видов легкоатлетических соревнований тогда, так же как и сейчас, являлся марафонский бег.
Вид спорта, что и говорить, изматывающий. Пробежать больше 42 километров, да еще по 33-градусной жаре, да еще в духоте окрестностей великой реки, да еще по холмам и по пыльным дорогам вокруг Сент-Луиса! Пыль поднималась столбом не только из-под ног бегунов, но и из-под колес автомобилей, сопровождавших пробег.
Так что когда на стадионе Сент-Луиса финишировал победитель — американский марафонец Фред Лорц, две тысячи зрителей встретили его с восторгом. Он был победитель, и он намного обогнал других бегунов! Ура, ура, ура чемпиону!
Город Сент-Луис, современность.
Чемпионом Лорц пробыл совсем недолго. Через час на дорожке стадиона появился второй победитель — Томас Хикс, тоже американец. Он еле передвигал ноги, но смог дотянуть до линии финиша, после чего упал без сознания. Пришел в себя он только на следующий день. Пришел в себя, чтобы стать победителем олимпийского марафона.
Дело в том, что один из наблюдателей, сопровождавших марафонцев на автомобиле, сообщил, что Фред Лорц «смухлевал». После 9 миль бега (14.5 км) он выдохся и хотел сойти с дистанции. Но тренер Лорца подсадил бегуна в свой автомобиль, в котором тот и проехал следующие 11 миль (17.7 км). Когда машина сломалась, Лорц, немного отдохнув, продолжил бег. Он пробежал последние пять миль (8 км) и прибыл на стадион первым.
Будучи изобличенным, Фред Лорц не стал запираться и сказал, что это была только шутка и он не претендует на золотую олимпийскую медаль. Так Томас Хикс из Массачусетса стал олимпийским чемпионом в марафонском беге.
Но победа Хикса тоже оказалась «нечистой». Как признался позже его тренер, Шарль Люк, за семь миль до финиша (11.3 км) Хикс упал в обморок. Чтобы привести спортсмена в сознание, тренер сделал ему инъекцию 1 мг стрихнина и дал глоток французского коньяка «Rémy Martin».
Стрихнин — сильнейший яд, но в микродозах работает как возбудитель. Коньяк тоже стимулирует сердечную деятельность. Хикс продолжил бег, но за 4 мили до финиша опять выдохся, и тренер сделал ему повторную инъекцию стрихнина. После этого в сопровождении тренера, походкой более или менее напоминающей бег, Хикс добрался до вершины последнего холма — приблизительно в двух милях (3.2 км) от стадиона. С этого холма уже была видна арена. Зрители тоже увидели Хикса и горячо его поддержали. Благодаря этой поддержке болельщиков и на остатках воли Томас Хикс завершил марафонскую дистанцию.
По нынешним меркам тренер Хикса применил допинг. Но тогда организаторы игр не фиксировали на этом внимание. Может быть, потому, что к организации Олимпийских игр в Сент-Луисе и без того было множество претензий. В частности, если возвратиться к марафону, трасса его была проложена плохо. Про облако пыли, сопровождавшее забег, уже говорилось. Но кроме того, на трассе был всего один источник воды — колодец в 12 милях от старта. Никакой другой «подпитки» предусмотрено не было. Некоторые участники забега, проголодавшись, попросту воровали фрукты в садах на пути марафона. А некоторые вынуждены были сойти с трассы из-за нападения собак.
Марафон 1904 года до сих пор считается самым плохо организованным марафоном за более чем столетие, в течение которого проводятся Олимпийские игры. Дошло до того, что после Сент-Луиса организаторы задумались о том, не отменить ли этот бег на сверхдлинную дистанцию вообще. Но все же марафонский бег в программе Олимпийских игр остался.
